Вспоминая детство

В детстве родители часто отвозили меня к бабушке в махалю, особенно летом, где я рос со своими дядями и племянниками. Старшего моего дядю звали и зовут Мурад. Он был намного взрослее меня, и я больше общался с младшими дядьками. Помню, когда смотрели видик (а он тогда только появился), они постоянно гоняли меня через двор на кухню то за холодным чаем, то за песочными печенками, которые делала моя бабушка. Мне эта дядявщина страшно не нравилась, но противостоять взрослым не разрешалось. И я все мечтал о том времени, когда подрастут мои племянники, чтобы отыграться на них за все. В итоге, через пару лет, когда они физически и интеллектуально могли выполнять поручения, и я впервые приказал им сходить на кухню, они вдруг просто отказались и продолжали валяться и заниматься ерундой. Отказались и все! Подзатыльники им давать почему-то не разрешалось. Словом, так я и остался в дураках.

Но вернусь к моему старшему дяде. Его отец -- мой дедушка -- всегда казался мне очень строгим, несмотря на то, что он никогда не ругал меня. Я даже не помню, чтобы он повышал на меня голос, но я почему-то все равно боялся его, возможно из-за его взлохмаченных бровей, делавших взгляд более строгим, чем он был на самом деле. Возвращаясь с работы, он сидел на айване (это самая просторная комната в доме с большими окнами, где как правило, встречают гостей) перед включенным телевизором и с газетами, разложенными на хон-тахте (это низкий столик, вокруг которого расстилаются матрасы для сидения с поджатыми под себя ногами) и пил горячий черный чай, наполняя им пиалушку всего на треть, чтобы он не успел остыть. Когда чай в чайнике заканчивался или, если ему было нужно что-то другое, он громко звал "Мурад!" Тут же отзывалась моя бабушка и приносила то, что ему было нужно. И я помню, как всегда удивлялся тому, что мой дядя совершенно не реагировал на суровый зов, демонстрируя свое бесстрашие. Только спустя много лет, мама рассказала мне, что в традиционных узбекских семьях мужчина никогда не обращался к своей жене по имени, а звал ее именем старшего сына. Правда, сейчас наверное уже все поменялось.

"Медвежий угол"

Город в Швеции, где кроме хоккея, больше ничего нет. Так получается, что хоккеист насилует девушку, хотя и не совсем отдает себе отчет в том, что это насилие. Насильник - главный хоккеист молодежной сборной, в будущем восходящая звезда большого хоккея. Девочка - дочь директора команды. Свидетель - сын иммигрантки уборщицы, тоже один из лучших игроков. Друзья и знакомые, родители игроков, руководство и спонсоры команды. Каждому надо сделать свой выбор. И в очень редких случаях этот выбор делается из соображений справедливости. А что делать, если справедливость вдруг так и не восторжествует?
Хорошая книжка, читается на одном дыхании.

Козленок, который придумал всех считать

Давеча ко мне зашел мой давний приятель и предложил поучаствовать в его бизнесе. Он долго и подробно рассказывал мне все тонкости производственного процесса, показывал на телефоне видео, котировки на сырье, раскладывал на столе сертификаты и лицензии. И все это несмотря на мои протесты. В качестве кульминации он сказал, что в течение пары месяцев прибыль может составить до 60%. Потом он пригласил меня на производство (расположенное километрах в 30 от города) и сказал, что как только я увижу его своими глазами, я немедленно залезу в карман и выложу сумму в 2 раза больше, чем ему нужно. Прибыль, сказал он, будем делить пополам.

Я ему ответил, что это все не очень понятно, но очень интересно. Я сказал, что мне бы больше подошло предложение дать ему запрошенную сумму на 2 месяца и по истечении получить ее обратно плюс 5%. Всю остальную прибыль я готов оставить ему, во-первых, чтобы не вовлекаться в этот процесс, а во-вторых, чтобы не участвовать в убытках, если что-то пойдет не так.

-- Что вы такое говорите, ака, -- нахмурился он. -- Вы же понимаете, что это не по Исламу. Мы не можем брать или давать деньги в рост. Я же поэтому вам все это подробно рассказываю, поэтому мы и на производство поедем, сами все увидите.

К чему это рассказываю: я вспомнил, что когда торгуешь акциями на бирже и получаешь прибыль, то делишься с государством, слава богу, не 50/50, но все равно прилично. А вот когда терпишь убыток, почему-то государство не покрывает свою часть, как было бы в моем случае с моим другом. Более того, все это происходит еще и без участия государства своим капиталом в твоем проекте. Шикарный бизнес: достаточно всего лишь записать тебя в какой-то реестр и ты уже попадаешь.

И тут меня озарило! А все это до меня уже было описано, причем намного лучше: понятнее и с художественным вкусом. Помните мультфильм про Козленка, который умел считать до десяти? В детстве я никак не мог понять, почему все животные так возмущались, когда он их считал. Еще менее понятно было, каким образом, ничего не делая с тонущим кораблем, на котором они все собрались в результате погони, простым подсчетом всех баранов и быков Козленку удалось предотвратить потоп. Сейчас все встало на места: Козленок - это государство, которому достаточно зарегистрировать бизнес, чтобы тот начал платить ему долю, чтобы "не случился потоп". Ну теперь понятно и то, почему автор из всех животных на эту роль выбрал именно Козла.

Новости кино, цензуры и свободы

100 лет назад в 1918 году в США состоялся судебный процесс над продюсером Робертом Голдстайном. Дело в том, что он выпустил фильм про революционную войну 1776 года. Поскольку Голдстайн не разобравшись, кто является врагом США, а кто их другом, выставил в неприглядном свете главного американского союзника -- Великобританию, он и получил свои заслуженные 10 лет. Кстати, фильм назывался The Spirit of ‘76, а процесс, соответственно, “United States v. The Spirit of ‘76”.

Just Watch Me

Единственное, что подтолкнуло меня прочитать эту книгу про супергероя-вора, было то, что она была написано тем же автором, что написал шедевр всех времен и народов - серию про маньяка-убийцу Декстера - Джефф Линдси. К сожалению, в этот раз шедевра не получилось.
Примерно такое же разочарование я испытал, когда после "Крестного отца" взялся за "Сицилийца".

4 книги

4 книги авторов-женщин:

1) Mean Streak by Sandra Brown
2) Sometimes I Lie by Alice Feeney
3) Sharp Objects by Gillian Flynn
4) Dark Places by Gillian Flynn

Mean Streak - типичный женский роман с принцем на белом коне и несколькими пространными эротическими сценами из серии "вздымающийся груди" и "нефритового стержня".

Sometimes I Lie - увлекательный сюжет, с неожиданными поворотами и концовкой, которая должна была бы перевернуть всю книгу, но я так и не понял, каким именно образом и что получилась в результате.

А вот последние две книги - просто отличные. Настолько, что я уже закачивал себе следующую книгу Гиллиан Флинн.

Only Daughter

Что-то у меня какая-то странная литературная полоса идет в последнее время.
Only daughter - очередное самоубийство девушки-подростка. Мать, пытаясь понять, что подтолкнула ее дочь на самоубийство, сначала узнает много про себя, потом открывает много нового и не очень приятного про дочь, а под конец выясняется, что с дочерью все-таки все было нормально (не считая ее самоубийства), а ненормальным оказался врач психиатр, лечащий саму маму.

Вот таким закрученным может быть Contemporary Fiction.

Contemporary fiction / young adult

Если я правильно понимаю, то к этому жанру относится "13 причин, почему".

Я помню а школьные годы мне очень нравились произведения по школьников, которые периодически печатали в журнале "Юность". Папин друг выписывал этот журнал и делал подшивки. Я любил выискивать в них провести по школьников, типа "Милый Эп", "Двойка", "Талисман".

Если бы в то время мне попалась бы эта книга я бы, наверное, просто скончался от восторга. Точно так же, я бы обалдел, увидев в 70-е по черно-белому телевизору с 2 программами даже самый левый из современных концертов с современными мелодиями и спецэффектами.

"13 причин" - это 7 аудиокассет на которых девочка-старшеклассница записала 13 причин и людей, из-за которых она совершила самоубийство.

Расея

В "Угрюм-реке" один из персонажей говорит, что не присоединится к шайке бандитов в тайге ни за какие деньги, потому что его "милаха в Рассеи поджидает".

Может ли это быть подтверждением того, что Сибирь и Россия тогда все ещё воспринимались как разные территории, какими они были за сотню лет до описываемых событий?